Из Москвы в Лавру: как пробежать ультрамарафон для души

— Григорий, сразу вопрос относительно «творческого псевдонима» — почему Ленин?

(Смеется. — Прим. ред.) «Ленин»... Так сложилось само собой в процессе жизни... У многих это вызывает ассоциации с очень известным человеком, но я точно не имею с этим никакой связи... И если мне и придется принять участие в какой-то революции, то, надеюсь, она будет связана с бегом и его развитием в лучшую сторону. (Улыбается. — Прим. ред.)

— Не мешает ли бегать борода?

Как то я уже отвечал на этот вопрос... Точно не могу сказать. Без Бороды я не бегал. В целом я к ней привык и не замечаю ее. Летом вообще всё отлично... А вот зимой есть неудобства, особенно в сильные морозы, когда она замерзает и покрывается огромными ледышками... Так себе удовольствие (улыбается. — Прим. ред.).

— Как давно ты начал заниматься спортом, в частности бегом?

Я не так давно влился в регулярные пробежки — летом 2014 года. Пробежал Музыкальный полумарафон в Москве и понял, что это достаточно сильные эмоции. И потом пошло-поехало.

— Что для тебя значит бег?

— Что для меня бег?.. Это достаточно сложный вопрос, и он, если задуматься, глубокий настолько, что многие бегуны пишут про это книги... Причем достаточно толстые и содержательные. Но двумя словами это можно описать как некое состояние, попадая в которое, ты можешь точно сказать: «Да, я бегу, я здесь, я живой, я с вами...» Я и сам еще не до конца понимаю весь смысл и положительные моменты, которые получаю от этого увлечения, поэтому время от времени я пишу свои мысли и взгляды под разным углом, пытаясь объединить бег и обычную жизнь, раскрыть, как это связано. Бег дает возможность не терять связь с реальностью или наоборот... Всё зависит от того, какая она — эта реальность — у каждого (улыбается. — Прим. ред.).

— Расскажи подробнее о своем забеге из Москвы в Сергиев Посад.

Подробнее я постараюсь написать рассказ, нужно только найти время... Могу вставить сюда небольшой кусочек, который так или иначе в этот рассказ войдет. Если он будет.

«Но самое страшное, помимо того что я ненавижу ветер и промозглую погоду с дождем и мелкодисперсным туманом, — это то, что мы искупались в 350-метровом болоте без остановок и отдыха... Там всё тело как множеством иголок пронизывало... Просто невыносимо холодно было. Хотелось горячей еды и тепла. Ноги онемели в болоте так, что ты бежишь, а они не гнутся, как будто в них заморозку вкололи... Непонятно, что вообще делать... боль дикая, зубы сжимаешь, скулы сводит до боли, которая проходит не сразу, там все кричали от боли в этом болоте, и дыхание сбивается. Ты как в прорубь нырнул — типа того... И сил нет, вязнешь, пытаешься бежать... Уже вот-вот он, лес, впереди... 100 метров... Видно... Надо потерпеть, но как?!.. Страх начинает поглощать тебя... И вот это состояние, как онемение от холода... Ты как стеклянный становишься, такой весь слабенький, немощный, и кажется, что сейчас просто сердце перестанет биться и ты уснешь на бегу, упадешь и замерзнешь».

— Почему именно перед Новым годом?

— Ну, традиция у нас с Алексеем Бордаковым такая... Бегать длинные 31 декабря. Желательно в новом, ещё неизведанном месте. И нам приглянулась Лавра. Я пообещал выяснить все подробности по этой тропе. И уже ближе к делу не только обладал почти всей информацией, но и за 6 дней до этого забега мы пробежали немного по другому маршруту из Лавры в Москву — 91 км. Это была разведка боем... Об этом я подробно писал у себя на странице в ФБ.

В этой нашей пробежке есть нечто гораздо большее, чем просто пробежать на рекорд, там есть какой-то смысл... Что-то важное и ценное... Я пока до конца не понял, что это было и почему это произошло, но я очень хотел там пробежать, как мы и планировали, 31 декабря. Но в итоге сместили на 30-е, чтобы 31-е освободить для спокойствия и побыть еще там, в Лавре, пообщаться с монахом Федором, который нас встретил на финише. Он провел по всем местам Лавры, даже тем, куда не всех пускают, рассказал много интересного... Решил вопросы с ужином в трапезной. У них там замечательные свои соленые огурцы. Мне кажется, я съел их целый тазик... Всё было очень необычно — настоящее новогоднее приключение. Трудно придумать лучший подарок... И всё сложилось неожиданно успешно, было много трудностей, но мы их преодолели. Когда ты чего-то очень сильно хочешь, то уже не можешь ждать... Тебя уже трясет изнутри. Я уснуть не мог перед этим забегом, не знаю почему, мозг не хотел расслабляться. Это забег с определенной историей, и цель у него проста: добраться из Москвы в Лавру, как это делали до нас люди разных сословий много лет. Но тропа была утеряна, и сейчас ее пытаются возродить по новой, к сожалению, исторических документов о том, как именно раньше проходила тропа, никаких нет. Тот маршрут, что есть на сегодняшний день, показался нам достаточно интересным... Нас очень сплотил этот забег. Не только тех, кто бежал от и до, но и тех, кто помогал и был рядом, переживал... Это настоящие бегуны с ультрамышлением и похожими взглядами на жизнь.

Возможно, этот наш челлендж был способом освободиться от накопившегося за год негатива, от всего, что мешает, и оставить всё это за бортом в старом году... Войти в новый другим, более «легким» человеком. И, возможно, это сработало.

— Кто ещё бежал? Ставили ли себе цель побить какой-нибудь рекорд?

— Всю дистанцию — 120 км 130 м — пробежали 6 человек: Сергей Николаев, Алексей Чернышев, Арам Галандарян, Анатолий Смоляк, Алексей Бордаков и, собственно, я, Гриша Ленин. Рекорд прохождения тропы был за Дмитрием Ерохиным и составлял около 20 часов, мы планировали в режиме быстрой ходьбы преодолеть это расстояние за 18 часов, но в итоге вышло за 16:56:51... И это пока что новый рекорд, не думаю, что он продержится долго. Возможно, летом вернемся и уже попробуем пробежать побыстрее.

Ярких моментов было очень много... Они время от времени всплывают в памяти, вызывают улыбку и согревают в морозы. Наверное, самый переломный момент случился с нами на 47-м км, когда мы узкими тропами, вдоль заборов дачных участков, пробивались сквозь грязь и темноту к даче Маяковского в Акулово — это была одна из 10 контрольных точек, в которых мы фотографировались и ставили печати на подорожные грамоты (это такие специальные распечатанные бумажки, в которых отмечены места для обязательного посещения на маршруте и куда, собственно, ставят печать, если на точке открыто и не спят). Я проверял исправно, работает ли онлайн-трек (это было основное условие: чтобы нас было постоянно видно в реальном времени всем, кто захочет посмотреть. Иначе рекорд, если он состоится, не засчитывался).

Вот показался вдалеке забор... Собаки лаяли напропалую. Идти туда в темноте было небезопасно. Уже решили повернуть назад, но было жаль потерянного времени. Приняли решение оббежать весь этот массив по периметру, тем более что впереди виднелась широкая дорога. В итоге мы нашли главный вход, дачу и памятник Маяковскому во дворе. Но именно там у Арама оторвались обе подошвы на кроссовках, и он дальше был вынужден бежать босиком, что явно говорило: это сход и потеря одного человека. Но, как я и говорил, все трудности мы успешно преодолели. За день до старта мне написал один бегун и сказал, что живет на даче в районе Заветов Ильича, хочет нас там встретить и пробежать часть маршрута с нами. Я подумал: это несерьезно. Но мы договорились о месте встречи и что я ему позвоню, когда будем подбегать. От дачи Маяковского до этой точки было около трех км, я позвонил Паше, и он сказал: «Я уже на месте». Паша ждал нас, и он был не один. С ним была собака Ника. И она стала нашим талисманом и бежала впереди следующие 16 км... Но самое важное, что размер ноги у Паши и Арама был одинаковый, и мы забежали по пути на дачу... Вопрос с кроссовками был решен, и всем стало ясно: безвыходных ситуаций не бывает. Но километра три босиком зимой побегать всё же пришлось (улыбается. — Прим. ред.).

— Григорий, на трейловых состязаниях есть пункты питания, волонтеры, дежурят медики... Каково бежать в «диких условиях» 120 км?

— Да... Это совсем другой бег. Это приключение — ты никогда не знаешь, что тебя ждет и как всё сложится. Это достаточно сложно, нужно более грамотно учитывать всё, просчитывать разные ситуации и то, как могут развиваться события. Безусловно, с точки зрения экипировки, надо быть более внимательным и иметь при себе еду, воду, деньги, документы, запасной теплый комплект одежды и аптечку... Плюс еще кучу всяких мелочей типа фонарика, часов, телефонов, зарядных устройств... Это почти как поход с палаткой, но просто бегом. В этот раз друзья-бегуны нас два раза кормили, приезжая на машине. Это экономит достаточно много времени. Большую часть пути мы бежали в темноте. Однозначно, для таких забегов нужен опыт на хорошо организованных стартах с похожим форматом. У нас все имели представление, что это такое, участвовали в таких состязаниях не один раз. Состав был примерно равный по силам, и двигаться в том темпе, на который мы рассчитывали, в состоянии был каждый. Без достойной хорошей подготовки за раз такое лучше не делать, можно разбить на части. Но каждый решает сам. В целом, с точки зрения безопасности и сложности, это мероприятие не для слабонервных.

— Такой бег называют «адвенчур раннинг». В чем основное отличие от трейлраннинга?

— Это примерно одно и то же... Просто момент неожиданности в приключенческом беге гораздо выше, значит, и впечатлений больше... И там, и там ты познаешь себя и окружающую тебя действительность, общаешься с природой и с собой... Просто охват немного шире и разнообразнее. Это больше для себя, на душевном порыве, так сказать. Но момент соревнования с другими людьми всё равно присутствует, так или иначе. Есть тот, кто придумает и сделает что-то экстремально сложное, а потом появляются люди, которые сделают это быстрее и в более сложных условиях, и так до бесконечности, и так было и будет всегда.

То есть это более экстремальный режим бега и требует определенной подготовки — не только беговой, но и туристической, с элементами ориентирования на местности... Уже присутствует определенно момент опасности. Для жизни в том числе. Но многих именно это движение на грани и притягивает (улыбается. — Прим. ред.).

— Какие планы на новый беговой сезон?

— Я не строю никаких планов и заранее не регистрируюсь куда-либо. Всё происходит само собой, спонтанно, мне так удобно. У меня плохо с планированием... Из того, что я стараюсь бегать постоянно и неизменно, — это марафон «Дорога жизни» в Ленинградской области. И это пока что ближайший и, на данный момент, единственный старт у меня в этом году. Пробегу, а потом подумаю, что дальше.

Я придерживаюсь правила «не говори гоп, пока не перепрыгнешь». Никто не знает, что будет завтра или даже через час. Зачем забегать далеко вперед... Мне хорошо здесь и сейчас.

P.S. Отец Федор сказал нам, что нужно наблюдать за тем, что будет происходить с нами дальше. И было чувство потом, что может что-то поменяться в лучшую сторону.

Вообще, ощущения были мощные на следующий день — как момент обнуления. Я понял, что могу никуда не спешить, потому что я никуда не опоздаю. Я там, где и должен быть в тот момент, — мне так вот казалось. Спокойствие было, душевное равновесие... Мысли в голове складывались четко и последовательно, и как будто не было ничего лишнего. Оно ушло, рассеялось.

Фотографии из личного архива Григория Ленина и Сергея Николаева, wikimedia.org/Сергей Дапкус

Главная / Статьи / Личный опыт / Из Москвы в Лавру: как пробежать ультрамарафон для души